АРХИВНЫЙ ОТДЕЛ
администрации
Кондинского района
  Документы 18.11.2018, 06:22
Меню сайта


Баннеры
Баннер Электронного архива Югры
Баннер Единого реестра запрещенных сайтов Российской Федерации
Единый портал государственных и муниципальных услуг (функций)
ОБД Мемориал


Поиск


Наш опрос
Удовлетворены ли Вы исполнением муниципальной услуги (выдачи архивных справок, копий)?
Всего ответов: 27


Статистика
Яндекс.Метрика

 
Ветераны войны и труда Кондинского района

Краевед Ольга Александровна Кошманова
Ольга Александровна Кошманова (девичья фамилия- Тайлакова) родилась в деревне Озеро Кондинского района 20 октября 1934 года.
В 1954 году заканчивает Ханты-Мансийское медицинское училище и возвращается в родные места. Работает медицинской сестрой в п.Нахрачи, затем фельдшером в Устье-Аховском фельдшерско-акушерском пункте. В 1960 году открывает первое родильное отделение в п.Устье-Аха (ныне п.Междуреченский) на 2 койки. На время уезжает из родных мест, но скоро снова возвращается.
Всю свою жизнь посвящает нелёгкой медицинской работе.
После выхода на заслуженный отдых начинает серьёзно заниматься краеведением. Хотя собирать документальные материалы начинает с 1970 года.
Активно занимается общественной работой. С 1957 года неоднократно избиралась депутатом районного Совета, являлась депутатом областного и окружного Совета, 3 года была председателем ассоциации «Спасение Югры» в Кондинском районе. Принимала активное участие в создании Учинского краеведческого музея.
Сегодня Ольга Александровна Кошманова хорошо известна по публикациям в средствах массовой информации Ханты- Мансийского округа как автор многих рассказов, былей, сказок.
Интересы Ольги Александровны широки: это и исчезнувшие деревни, и истории о «снежном человеке», жизнь, быт своего народа, и сказки… В 2000 году вышла в свет её книга «Вот моя деревня», в 2004 году издана книга «Сказки, предания, были и небылицы Земли Кондинской».
С 1970 года занимается сбором фольклорного материала. Участвовала в создании и пополнении коллекций Кондинского, Урайского и Учинского краеведческих музеев.
Документы Кошмановой О.А. были переданы ею на государственное хранение в 2005 году.


Из воспоминаний Ольги Александровны Кошмановой
В 1954 году я закончила медицинское училище в г. Ханты-Мансийске по специальности фельдшер.
Начинала работать медицинской сестрой в районной больнице п. Нахрачи. Уже в эти годы больница имела несколько отделений: терапевтическое, хирургическое, инфекционное и родильное.
Днём в каждом отделении работало по медицинской сестре. А вот на ночь на всю больницу оставалась всего одна медсестра! Вы представляете, что это такое? Ведь в отделениях одновременно лежало и по 80 человек! Случалось, в родильном отделении начинались роды, тогда мы могли вызвать акушерку. Также и в других отделениях, врачей-специалистов вызывали только в экстренных случаях. А так со всеми больными справлялись самостоятельно. Весь труд по ночному уходу за больными ложился на плечи одной –единственной медсестры.
Даже сейчас вспоминаю ту страшную усталость, когда приходишь домой с ночной смены, а ноги гудят так, что сил нет двигаться! Мне кажется, что и сейчас, через 50 лет, у меня так не устают ноги.
Мы ведь не знали тогда, что есть какие-то нормы, что на 1 медработника положено 25 больных. А ведь мы все работали на одну ставку и отказаться от какой –либо работы даже и в голову не приходило!
В 1958 году я переехала в п. Устье-Аха Леушинского сельского Совета (ныне пгт.Междуреченский) и была принята на работу в фельдшерско-акушерский пункт (ФАП) на должность акушерки.
Располагался медпункт на берегу р.Конда, по улице Набережной, недалеко от пристани. Заведующей тогда работала Суборева (Колпакова) Анфиса Григорьевна. Вот вдвоём мы и стали трудиться.
Население посёлка стремительно росло, т.к. начала развиваться лесная промышленность и люди ехали отовсюду. Очень много было приезжих! Много молодых семей, детей. На этот период в посёлке проживало около 2000 человек.
Работы было невпроворот! Вели приём взрослых и детей, лечили, обеспечивали медикаментами, прививали, обследовали на дому, занимались родовспоможением и многим-многим другим…
Сначала мы работали вдвоём, обслуживая весь посёлок. Позже, в начале 1960 года, заведующая сама ушла в декрет, и я осталась единственным медработником!
И началось такое время, когда не стала знать покоя ни днём, ни ночью! Вы представляете, что это такое, когда ты одна за всех и за всё в ответе? За каждым случаем боль, страдание, сама человеческая жизнь!
При всём при этом мне ещё и завидовали! Завидовали медицинские работники. Чему? А тому, что в 7 км. от п.Устье –Аха находилась Леушинская участковая больница, куда, в случае экстренной необходимости, я всегда могла доставить больного или пострадавшего. У других и такой возможности не было!
В п. Леуши работали замечательные врачи. Навсегда в моей памяти остались Надеин Александр Николаевич - оперирующий хирург и Яков Гаврилович (мы его так называли) Гельбсман – врач -терапевт. В Нахрачинской больнице работали Марков Борис Иванович и Уланова Галина Никитична - оперирующие хирурги, замечательнейшие специалисты. Кроме операционной в районной больнице п. Нахрачи, операционная была открыта и в больнице п. Леуши. Впервые в истории района в них стали делать сложные операции.
Механического транспорта ещё не было, да и хороших дорог тоже! В Устье - Аховском лесопункте были свои лошади, занятые на вывозке леса. Были и выездные. По требованию, если что-то случалось, всегда выручали и давали нам лошадь с санями или повозкой, чтобы можно было доставить больного в Леушинскую больницу. Правда ворчал, сердился завхоз Иван Кутепин, но чтобы хоть когда-нибудь отказал- такого не было!
С лошадью и упряжью управлялась с лёгкостью, ведь с детства была приучена к этому. Лошадь в те годы - это ведь живое существо с которым мы вместе жили, ели, пили, спали. Это всё было так же естественно, как мы сейчас общаемся с кошкой! Мы жили в деревне, и я была совсем ещё малюсенькой, но помню, как мы ездили в поле боронить на лошадях. Так что для меня это проблемой никогда не было.
Медикаменты для больницы также доставляли сами, когда как придётся. Если был попутный гужевой транспорт из Нахрачей, грузили ящики, коробки с грузом и везли по назначению. Добирались на лошадях, конечно, очень долго.
В 1960 году появилась хорошая ли, плохая, но телефонная связь. С трудом, но можно было дозвониться. Появилась возможность хотя бы предупреждать работников участковой больницы о том, что к ним отправлен больной и что необходимо в срочном порядке готовить операционную. Ведь счет шёл иногда уже не на часы, а на минуты.
Много пережито, перечувствовано. Сколько человеческой боли, мук, страданий прошло перед глазами! Ведь к нам не обращались те, кому хорошо. А только в случае болезни или несчастья.
Вспоминается много случаев из того отрезка времени, одни навевают грусть, другие нельзя вспоминать без слёз горечи, жалости, безысходности, а что-то вызывает смех. Комичных ситуаций тоже было немало.
Вспоминаю, как однажды срочно вызвали к женщине, у которой, по моему предварительному диагнозу, случился разрыв трубы вследствие внематочной беременности. Госпитализировать в Леуши надо было срочно! Идёт приём больных, отменить его тоже невозможно. Сопровождать больную едет другой медработник. Гужевую повозку дали, больную уложили в сани и отправились в путь. Ехать ни много, ни мало- 7 км. Больная постоянно теряет сознание! И надо же такому случиться? В дороге что-то происходит или ломается и лошадь распрягается! Оказывается, сопровождающий фельдшер не знает, что делать с упряжью, ну не приходилось ей быть в такой ситуации!
Больная (звали её Клавдия), время от времени приходя в себя, тоже понимает, что случилось. Она знает, как помочь, что надо сделать, но встать-то она не может! Анфиса Григорьевна, пытаясь хоть что-то сделать, как-то прикручивает, привязывает бинтами оглоблю к хомуту и заставляет лошадь двигаться. Что было пережито ею за эти минуты? Больную доставили вовремя. Женщину спасли.
Уже после операции, после выхода из наркоза, придя в себя, первое, что спросила Клавдия: «А лошадь-то запрягли?». Чем немало удивила дежурного врача, который всё понять не мог и удивлялся: «Зачем её нужна какая-то лошадь?».
До 1960 года родовспоможением занималась на дому, потом уж, когда открыла родильное отделение на 2 койки, женщины стали приходить рожать в ФАП. Рожали много. Помню февраль 1960 года, вроде бы самый короткий месяц в году, а только за эти дни приняла 7 родов!
В этот период, с января по июль 1960 года, так сложилось, что я работала сама. О свободном времени можно было только мечтать, его просто не было. Уже была своя семья, родился сын-первенец. Но денно и нощно- работа, работа и работа… Я его почти и не видела. Моя мама, бывало, прибежит с дитём на руках, чтоб я его грудью покормила, а у меня то роды идут, то процедуры, то ещё что-нибудь - ну никак не оторваться, не бросить! Она, бедная, носит его вокруг медпункта, качает, а он кричит, он кричит…. Только немного освобожусь- бегу, кормлю сыночка - и опять до вечера, а там, как уж сложится!
Было очень тяжело, особенно ребёнку, да и нам всем не легче…
И поделать ничего нельзя было. В любой момент могли вызвать куда угодно и надо было снова идти, бежать, ехать… И тогда стали выручать женщины- соседки, имея на руках детей-грудничков. Когда я отлучалась из посёлка или была занята, они всегда выручали меня. Мама сразу и шла к ним с ребёночком, чтобы они покормили его. Так что доставалось всем.
И ещё хочу сказать о том, что люди были намного добрее, отзывчивее. Не припомню даже случая, чтобы мне, как человеку в белом халате, кто-то при каком-то несчастье, не пришёл на помощь. На чужую беду отзывались даже совершенно посторонние люди. Бывало, срочно нужно отправить больного по реке в участковую или районную больницу. Выбегаю на причал и начинаю махать проходящим катерам. Белый халат- был как сигнал «SOS». Причаливали и принимали на борт пострадавшего или больного и перевозили, куда нужно. Часто это были совершенно незнакомые люди и делали они это бескорыстно. Видимо понимали, осознавали, что в таких случаях речь всегда идёт о человеческой жизни.
Был ли такой ритм мне по силам? Видимо, да. Так трудиться первых медицинских работников на Конде заставляла необходимость, непростая профессия, чувство долга и … сама жизнь.
Но и сегодня я ни о чём не жалею.
21.01.2005
Основание: Ф.88. Оп.16 Д.6.